Великий князь Михаил Александрович в воспоминаниях Дмитрия Абрикосова и Ирины Ст...

Великий князь Михаил Александрович
и Наталья Сергеевна Брасова

в воспоминаниях Дмитрия Ивановича Абрикосова 
и Ирины Николаевны Стечкиной
 
Поиск по сайту:
Династия - Просветительство


Дочь Николая Алексеевича АбрикосоваВера Николаевна (в замужестве Шилова) (1875 - 1942), училась в женской гимназии вместе с Натальей Сергеевной Шереметьевской (1880 – 1952) впоследствии ставшей супругой Великого князя Михаила Александровича (1878-1918(?)), младшего брата Императора Николая Второго. 
Во время учебы в гимназии Вера Абрикосова и Наталья Шереметьевская подружились и долгие годы сохраняли дружеские отношения, вплоть до революции 1917 года, когда судьба их разлучила.

Двоюродный брат Веры Николаевны – Дмитрий Иванович Абрикосов (1876-1951), русский дипломат, в юношеские годы познакомился со школьной подругой своей сестры - Наташей Шереметьевской, был очарован ее красотой и по-юношески был увлечен ею.  

Уже после начала Первой мировой войны, будучи профессиональным дипломатом, Дмитрий Иванович случайно встречает Наталью Сергеевну в Петрограде и их дружба возобновляется. Наталья Сергеевна знакомит его со своим мужем Великим князем Михаилом Александровичем, братом Императора Николая II и вводит его в круг своих знакомых.

Ниже приводятся воспоминания Дмитрия Ивановича Абрикосова, взятые из его книги «Судьба русского дипломата» (М. Изд. «Русский путь» 2008.) и воспоминания дочери Веры Николаевны Шиловой (рожд Абрикосовой) – Ирины Николаевны Стечкиной в записи ее внука – Бориса Сергеевича Стечкина опубликованные в журнале «Природа» №7 2009 г. "Подходит крейсер -  неизвестно какой", с уникальными фотографиями сделанными Николаем Александровичем Шиловым во время  посещения Шиловыми Великокняжеской четы в Англии в июле-августе 1914 года и во время их совместного возвращения в Санкт-Петербург,  после начала Первой мировой войны, через
Голландию, Норвегию, Швецию и Финляндию.

Великий князь Михаил Алксандрович и
Наталья Сергеевна Брасова
1915 год.


Из воспоминаний Дмитрия Ивановича Абрикосова.

СУДЬБА РУССКОГО ДИПЛОМАТА.  
 (М. Изд. «Русский путь» 2008.)

Примечание 302 стр. 546
Наталья Сергеевна (рожд. Шереметьевская; 1880 – 1952), в первом браке замужем за С. Мамонтовым, во втором – за офицером Владимиром Вульфертом. 

Примечание 303 стр. 546
Михаил Александрович великий князь (1878-1918), младший брат императора Николая II и самый любимый сын императора Александра III. Впервые стал наследником престола в 1898 г. после смерти среднего сына Александра III, Георгия Александровича. После рождения цесаревича Алексея носил звание правителя государства. С Н.С. Шереметьевской познакомился в 1906 году, в 1910 году после развода со вторым мужем, он родила от него сына Георгия. Тайно венчались в октябре 1911 г. в Австрии. После венчания Михаил Александрович лишен всех официальных титулов и званий, ему запрещен въезд в Россию до августа 1914 года. В годы Первой мировой войны в звании генерал-майора на фронте, награжден георгиевским крестом. В феврале1917 года, после отречения Николая Ц в его пользу отказался взойти на престол до изъявления народной воли на Учредительном собрании. В июне 1918 года убит большевиками в Перми.


Стр 73.

У моей сестры (Веры Николаевны Абрикосовой) была подруга (Наталья Шереметьеская), самая прелестная девушка, которую мне довелось когда-нибудь видеть. Ее голубые глаза притягивали меня, и моя жажда видеть ее становилась все сильней и сильнее, но я так не пошел дальше пожатия руки в театре во время «Ромео и Джульетты» Чайковского. Какое-то время я думал, что она единственная, кто может составить счастье моей жизни, но ее жизнь сделала другой экстраординарный поворот, о чем я расскажу позже, что, наверно, это было к счастью, что я не вмешался в ее судьбу, и, утешая себя тем, «что всё, что ни делается, все к лучшему». 

Стр 288- 294

* * *

Мое знакомство с некоторыми друзьями императорской семьи позволили понять, что происходило в царском селе, резиденции царской семьи, где разыгрывался последний акт российской трагедии. Я уже упоминал о своем студенческом романе с Наташей, школьной подругой моей сестры, девушке с прекрасными грустными глазами. В те годы я был молод и застенчив, что не смог найти в себе мужества высказать ей свое восхищение, и роман закончился ничем. 

Уже за границей я слышал, что она вышла замуж за молодого офицера, который увез ее в Санкт-Петербург, где размещался ее полк.
Велики князь Михаил, брат императора, был главным командиром полка ее мужа. Он увидел Наташу и влюбился. 
Сначала никто не отнесся к этому серьезно, но Наталья Сергеевна оказалась женщиной честолюбивой. Не дававшей себя легко забыть, и все усилия уберечь великого князя от ее влияния оказались тщетны. Он настоял на ее разводе, и молодой офицер согласился уступить свое место высокопоставленному сопернику. Это вызвало большие волнения в императорских кругах, так как до рождения наследника великий князь считался претендентом на престол.
Великого князя изолировали от предмета его любви, и он дал слово Императору, что никогда не женится на ней. Его перевели в маленький провинциальный город командовать местным полком, а она вернулась в свою семь в Москве, но это не помешало великому князю проводить все воскресные дни в московском доме ее родителей. 

Ситуация приобрела довольно странный оборот. Отец Натальи, известный московский адвокат, игнорировал происхождение великого князя и обращался с ним как с простым смертным. Великий князь, который никогда не бывал в обществе обычных людей, наслаждался отсутствием дворцовых церемоний. Те, кто встречался с ним, находили его очень приятным человеком и удивлялись, как мало он знает о реальной жизни. 

Но такие веши не проходят не замеченными для общества. Однажды в театре в Санкт-Петербурге Наталья Сергеевна встретила офицера из полка ее бывшего мужа, который откровенно заявил, что весь полк возмущен тем, что она является причиной снятия великого князя с должности командира и продолжает его компрометировать. Возвратясь в Москву, Наталья Сергеевна заявила великому князю, что не привыкла к такому обращению, не может продолжать вести такую ложную жизнь и настаивает на том, чтобы они расстались, Великий князь отвечал, что не может без нее жить и, хотя обещал Императору не жениться, скорее готов взять свои слова обратно, чем потерять ее. Наталья Сергеевна согласилась выйти за него замуж и, так как это было невозможно сделать России, они тайно уехали за границу и где-то в Вене обвенчались у сербского священника. Когда это стало известно при дворе, то вызвало всеобщее волнение, и тот час было принято решение взять Михаила под опеку и не разрешать ему возвращаться в Россию. 

К этому времени родился цесаревич и значение великого князя с точки наследования престола потеряло свою важность. Молодожены перебрались в Англию, где сняли дом недалеко от Лондона. Они были счастливы и всегда потом говорили, что эти годы в Англии, не отягощенные никами формальностями, были счастливейшими в их жизни.

Когда разразилась Первая мировая война, великий князь как патриот, находящийся в изгнании, умолял императора разрешить ему с семьей вернуться в Россию. Разрешение было дано. Братья помирились, опека была снята, и положение Натальи Сергеевны, которой был дарован титул графини Брасовой, легализовано. Таким образом, волшебная история о дочери скромного адвоката, которая превратилась в невестку царя, обрела счастливое завершение. Чета поселилась в Гатчине, в 25 километрах от Санкт-Петербурга, во дворце Александра III, где великий князь провел свое детство. Вскоре он был назначен командиром «Дикой дивизии», названной затем из-за своего состава «Дикой кавказской», и отправился на фронт, но каждую свободную минуту проводил с Натальей Сергеевной. 

Когда я приехал в Санкт-Петербург, то конечно, узнал, что моя детская подруга тоже где-то по близости, но понимая, что она занимает такое высокое положение, не мог осмелиться возобновить наше знакомство. Однако в один прекрасный день прогуливаясь по улице, я встретил очень элегантную даму, которая садилась в великолепный автомобиль с императорскими гербами. Внезапно она резко обернулась ко мне и набросилась на меня с упреками, что я забыл ее. Оправдываясь, я говорил, что наши пути разошлись и мне не хотелось ей докучать, но она назвала все это глупостью. Она уверяла, что для своих друзей осталась прежней, и настояла на моем визите в Гатчину в ближайшее воскресенье. Относительно великого князя она сказала, что я должен видеть в нем только ее мужа, а не брата императора. 

В назначенное время я появился в их доме, и первый человек, которого я увидел, был великий князь, и он сразу покорил меня своим обаянием. Со временем мы стали хорошими друзьями, и я должен сказать, что никогда не встречал столь благородного и не испорченного человека. Достаточно было поглядеть в его голубые глаза, чтобы устыдиться любой дурной мысли или неискренности. Во многом он был взрослым ребенком, которого научили только добру и нравственности. Он не хотел признавать зло и лживость жизни и доверял всем. Если бы жена не следила за каждым его шагом, его бы постоянно обманывали.
……..

И такой человек был воспитан среди испорченности двора, которую революционеры так осуждал! Я часто подразнивал Наталью Сергеевну тем, что знаю ее с детства, и одно время был близок к тому, чтобы влюбиться, и поэтому всегда весьма скептически оценивал ее замужество, но теперь после знакомства с ее мужем, я понял, что он много лучше ее. Женщине столь умной и честолюбивой, как она, невозможно быть до конца добропорядочной, а вот такая чистая натура, как великий князь, не может быть испорчен ничем. 

Но если Михаил был безупречен с точки зрения морали и религии, то он совершенно не подходил для роли человека, рожденного под сенью трона.
Но если уж Николай по его природе и с его характером не годился для престола, то для князя Михаила царствование было бы настоящей трагедией. Он отдавал себе в этом отчет и до рождения императорской четой наследника был очень опечален перспективой стать императором. 

После моего первого визита я стал проводить едва ли не все мои воскресенья в Гатчине. Здесь я встречал и других членов семьи Романовых, и, слушая их разговоры, проник в суть системы управления Россией, а также понял причину не прекращавшейся борьбы между царской семьей и обычными людьми. Первое мое впечатление, которое я вынес, состояло в том, что представления Романовых совершенно устарели и они не знают и не хотят знать, как живет вся остальная Россия. Основной их принцип состоял в том, что Россия живет для Романовых, а не Романовы для России.
 Это открытие должно было бы сделать из меня революционера, но я продолжал верить, что монархия, несмотря на многие недостатки, является для России единственно возможным способом правления, и испытывал только бесконечное сожаление от того, что у нынешних представителей императорской семьи такое превратное понятие о своем долге.

Наталья Сергеевна приобрела царственные манеры – искусственную улыбку, рассеянный взгляд, элегантность, но у неё сохранилось прежнее умонастроение независимой девочки, которая не умеет и не хочет скрывать свои чувства.
……..

Но ее прошлый либерализм не мешал Наталье Сергеевне наслаждаться новым положением. Всегда элегантно одетая, в великолепных украшениях, она обожала привлекать внимание всего театра, когда появлялась на балете в своей ложе. Она всегда приглашала в ложу меня, и, сидя где-нибудь сзади, я не мог не восхищаться этим великолепным созданием, в которое превратилась та скромная школьница, которую я когда-то обожал. Меня приглашали на разные приватные вечера в дома и других великих князей, конечно не ради меня самого, а, скорее всего по просьбе Натальи Сергеевны. 
Я принимал эти приглашения частично из-за снобизма, частично из любопытства, но они не приносили мне большой радости. Ни одного интересного слова не было сказано на этих сборищах, в основном разговор состоял из сплетен и лицемерных замечаний о людях, которых я не знал.
……..

Помню когда я приехал в Гатчину в первый раз, меня сразу повели в маленький охотничий домик, затерянный в лесу, где был накрыт великолепный ужин. Пели цыгане и было выпито много вина. Я старался уклониться от участия в общем буйном веселье, но снаружи было темно и холодно, а дороги назад я не знал. Единственный человек, который разделял мое уныние, был князь Михаил, но он покорялся желанию своей жены, которая любила компанию и лесть. В другой раз та же компания решила отправиться на какую-то прогулку верхом, я сослался не необходимость остаться с великим князем Михаилом, который не очень хорошо себя чувствовал.


 Фото из книги
Розмари и Дональд Кроуфорд.
"Михаил и Наталья. Жизнь и любовь последнего русского императора"
Изд. "Захаров" М. 2008.
Великий князь Михаил Александрович (справа) и Дмитрий Иванович Абрикосов.


Всякий раз, когда я думаю об этом милом человеке и о его печальной судьбе, он встает передо мной таким, каким я видел его в то воскресенье. В доме было очень тихо, все уехали, темнело рано, но он не зажег света и мы сумерничали. Страдая от лихорадки он лежал на тахте и тихим голосом с грустью говорил о трудностях жизни среди печали, слабости, эгоизма и лживости людей, и о том, что Бог покинул их. Он говорил мне, что часто думает, как трудно его брату, который искренне желает делать людям только хорошее, но ему мешает жена. Несколько раз он пытался сказать Николаю, что люди говорят о нем и об опасности влияния императрицы. Николай слушал его с большим вниманием, но не проронил ни слова до тех пор, пока Михаил не пришел в такое отчаяние, что брату пришлось утешать его. Николай, казалось, был равнодушен к своей судьбе, полагаясь на волю Господа, но под влиянием Распутина его вера приняла странную форму. Михаил боялся будущего. Я старался утешить его, но не мог найти нужных слов, соответствовавших величине его горя. Слезы слышались в его голосе. Стало совсем темно. Когда я зажег свет, то был поражен выражением абсолютного отчаяния на его бледном лице и отчетливо понял, что все мы стоим на пороге огромного несчастья. В этот момент вернулась веселая компания, и мой единственный откровенный разговор с великим князем оборвался. 

Стр 353-354

Комиссия, созданная Колчаком, также разыскала следы убийств и других членов царской семьи, сосланных в Сибирь после революции. Все они были расстреляны на краю заброшенных шахт так, чтобы их тела упали в шурфы. Комиссия нашла эти места и достала тела. Стало очевидным, что некоторые из них еще не были мертвы, когда их сбрасывали в шахту. Среди них была сестра императрицы, великая княгиня Елизавета, которая после убийства террористами незадолго до революции ее мужа, великого князя Сергея, стала монахиней и жила в большой праведности. Она несколько раз пыталась убедить свою сестру-императрицу отослать Распутина подальше от двора. Сейчас ее тело похоронено в русской церкви в Иерусалиме. 

Только тело великого князя Михаила так и не было найдено. В начале правления большевиков он вместе с преданным ему секретарем Джонсоном, отказавшимся покидать его, был сослан в город Пермь, расположенный у границы с Сибирью. Их держали в каких-то меблированных комнатах, и однажды они были разбужены какими-то незнакомцами, представившимися друзьями, и, как полагают, те обманом завезли их в ближайший лес и там расстреляли. Никаких следов их тел не было обнаружено.

Их всех жертв большевистского зверства фигура великого князя Михаила лучше всего сохранилась в моей памяти. Предо мной встает тот вечер в Гатчинском дворце, когда мы были с ним наедине и он горько сетовал, что судьба сделала его членом императорской семьи, в то время как всё, что он хочет, это спокойно жить со своей женой и сыном вдали от всех политических волнений. Против своей воли он вынужден был решать один из самых животрепещущих вопросов русской истории, и ему пришлось заплатить жизнью за то, что он родился братом императора….

Дмитрий Абрикосов.
Пало-Альто (Калифорния, США),
1946-1950гг.  
 
_________________________


 ПОДХОДИТ КРЕЙСЕР - НЕИЗВЕСТНО КАКОЙ.
(из фотографической семейной хроники)
  Б.С.Стечкин.
Журнал «Природа» №7 2009 год.

Фото  Николая Александровича Шилова.  
Моя бабушка Ирина Николаевна Стечкина ничто не записывала из своих жизненных эпизодов, но иногда очень живо их представляла нам – внукам. Об одном из них поведаю здесь, используя, конечно, не только ее рассказ, но все что удалось собрать по теме.
Как-то в начале войны (1914 года) пожаловала с визитом Наталья Сергеевна Брасова к Вере Николаевне (мама Ирины Николаевны), и они за чаем вспоминали последнее предвоенное лето. На стол выложили много фотографических карточек, поставили специальный аппарат для просмотра стереоскопических – стереоскоп и живо обсуждали недавнее и такое яркое…
История марганатического брака Михаила Александровича Романова (1878-1918), младшего брата царя Николая II, неоднократно описывалась. Его избранница – дочь адвоката Шереметьевского, до Михаила дважды была замужем – 3 года за известным музыкантом и концертмейстером   Сергеем Мамонтовым и за ротмистром Вульфертом, и  имела дочь Наталью ("Тату")  от первого брака. 
В 1910 году от ее связи с Михаилом родился их сын Георгий (1910-1930, погиб в автокатастрофе) и в 1912 году Михаил оформил свой брак с «графиней Брасовой».

Титул графини Брасовой Наталья Сергеевна получила по названию одного из имений великого князя. По донесению тайной полиции венчание состоялось в сербской церкви св. Саввы в г. Вене 30 октября 1912 года.: «Запись произведена была при этом следующая: Михаил Александрович, русский Великий князь, род. 22 ноября 1878 года в С-Петербурге и дворянка Наталья Брасова, род. 7 июня 1880 года в Pezowa близ Москвы».
 
Николай и многие члены царской фамилии были недовольны таким браком, и им возбранялось возвращение в Россию. Лето 1914 года они проводили в Англии последовательно живя в двух замках. Вообще, Михаил был в большой степени англоманом и даже имел личного секретаря – англичанина Джонсона. Очень ему преданного человека. Свою преданность Джонсон сохранил до могилы – он был убит вместе с Михаилом в июне 1918 года близ Перми.

Наталья Сергеевна была очень интересной и своеобразной женщиной. По свидетельству французского посла Мориса Палеолога «Она прелестна. Ее туалет свидетельствует о простом, индивидуальном и утонченном вкусе. Из-под распахнутой шиншилловой шубки видно платье из серебристо-серого шелка, отделанное кружевами. Шапочка светлого меха очень идет к ее пепельным волосам. Выражение лица гордое и чистое; черты прелестны; глаза бархатистые. На шее, при свете зажженной люстры, сверкает ожерелье из чудного жемчуга… Малейшее ее движение отдает медленной, волнистой, нежнейшей грацией». Это отмечали многие ее знавшие. Примечательно, что на фотографиях выглядит она по-разному. Выражения ее лица представляли весьма широкую гамму чувств и настроений до тонких оттенков, но всегда доминирует ее природное качество – женственность.

Образования она была по-тогдашнему обыкновенного, дамско-дворянско-купеческого. Закончила какой-то пансион благородных девиц, где, в частности, познакомилась и сдружилась с моей прабабушкой – Верой Николаевной Шиловой, (1875-1942) урожд. Абрикосовой из семьи известных кондитерских фабрикантов. Вера Николаевна вышла замуж за профессора Николая Александровича Шилова (1872-1930) и в 1898 году у них родилась дочь – Ирина Николаевна (1898-1958), впоследствии ставшей женой моего деда – академика Бориса Сергеевича Стечкина (1891-1969).
Так вот в то лето 1914 года удалось соединить приятное с полезным. Николай Александрович, до того уже знакомый с Эрнестом Резерфордом, отправился к нему в Манчестер, а Вера Николаевна с дочкой Ириной получили приглашение от Натальи Сергеевны посетить и разделить их с Михаилом английское уединение. 

Фотографии того лета хорошо показывают их нескучное житье-бытье в английских захолустьях (
Knebworth House).


Knebworth House. 1914 год.
Замок Небворт в Англии.

СПРАВКА.
Поместье Небворт (Knebworth House) около Стивнейга (Stevenage) в Хартфордшире – особняк семьи Литтон (Lytton), перестроенный в 1843 г. из дома эпохи Тюдоров.
Замок Небворд-Хауз (Knebworth House), располагающийся на территории 250 акров  (около 100 га) сельской местности графства Хартфордшир (Hertfordshire), один из наиболее красочных дворцов Англии. Знаменит он тем, что он находится более 500 лет (c 1490г.) в собственности одной семьи Литтонов (Lyttons), а также его романтическим экстерьером представленным башнями и куполами украшающими красный кирпичный дом относящийся к временам Тюдоров.
Замок Небворд прославился во времена королевы Виктории как дом романиста, драматурга и политика Эдварда Бульвера-Литтона (Edward Bulwer Lytton).  
Другие известные члены семьи Литтонов: - Констанция Литтон (Constance Lytton), борец за права женщин, и ее отец Роберт Литтон (Robert Lytton) - вице-король Индии, который объявил на большом торжественном приеме в Дели в 1877 году королеву Викторию императрицей Индии.
Замок Небворд посещали - королева Елизавета Первая, Чарльз Диккенс, Уинстон Черчиль и многие другие.
Интерьеры замка представлены различными стилями включая великолепное убранство зала для банкетов эпохи английского короля Якова, - уникальный пример смены убранства с традиционного английского стиля на итальянский Палладиан ( Palladian) относящийся к 17 веку.
Главная гостиная замка, выполненная в готическом стиле эпохи Джона Грейса (John Crace), контрастирует с элегантностью спальных комнат госпожи Бульвер-Литтон эпохи Регентства и с дизайном вестибюля, столовой и библиотеки  начала 20-го века.
В настоящее время в замке Небворд проживает его владелец,  потомок семьи Литтон  - Генри Фромантэль Литтон-Коболд (Henry Fromanteel Lytton-Cobbold) (1962 г.р.) и его семья.  
http://www.knebworthhouse.com/

Из книги: Розмари и Дональд Кроуфорд. «Михаил и Наталья. Жизнь и любовь последнего русского Императора» Захаров М.2008. Глава 12 «Хозяйка Небворта». Стр. 222.  

«Теперь его домом был Небворт, поместье недалеко от Лондона, в графстве Хартфордшир. Оно принадлежало бывшему вице-королю Индии графу Литтону, и в тот момент оказалось доступным для аренды сроком на один год, за 3 тысячи фунтов.
Небворд-Хауз был построен в 1591 году, он сильно перестроен в викторианскую эпоху. Это был дом, обладающий значительной исторической и архитектурной ценностью, По воспоминаниям Таты (дочери Натальи Сергеевны от первого брака), Небворт-Хауз «был намного роскошнее, чем все дома, в которых мы жили до сих пор, и я трепетала перед дворецкими и лакеями, которые по вечерам надевали панталоны до колен и пудрили волосы».
Помимо дворецкого, ливрейных лакеев и другой домашней прислуги, доставшийся им от владельцев штат поместья включал в себя небольшую армию садовников для ухода за прекрасным садом, и все это, в сочетании с красотою самого здания и его убранства, действительно являло собою настоящую роскошь. Небворт-Хауз, с его внушительным старинным пиршественным залом, картинной галереей, парадной гостиной, библиотекой и спальнями с кроватями под балдахином, действительно был великолепен.
Срок их аренды начинался 1 сентября 1913 года по новому стилю, и этот день стал началом того, что Наташа впоследствии назовет наисчастливейшим годом своей жизни. Во всяком случае, это, безусловно, был самый безмятежный год ее жизни». 
 
И Михаил Александрович, и Николай Александрович оба были страстными фотографами, причем последний делал стереографические карточки на стекле; для их просмотра был специальный французский аппарат – стереоскоп. Осталась роскошная коллекция стереофотографий Н. А. Шилова. Здесь мы приводим как распечатки с таких стереофотографий Шилова, так и репродукции фотографий Михаила и Джонсона, сохранившихся в нашем семейном архиве.

Knebworth House.

Замок Небворт в Англии.
На фото  Шиловы и Николай   Джонсон   -
секреталь Великого князя Михаила Александровича (справа).
(Фото вероятно сделано  Михаилом Александровичем).
 


 Небворт. Столовая в замке. 1914 год.

 


Вера Николаевна Шилова (рожд. Абрикосова)
в одной из комнат Замка Небворд.

 


В парке на рогулке.
Слева - Вера Николаевна (рожд Абрикосова) Шилова,
Последний в группе - Николай Александрович Шилов с дочерью.



Михаил Александрович Романов на лужайке  с собакой.
Сзади его личный секретарь Н.Н. Джонсон.

  В парке замка Небворт
Справа - Ирина  Шилова (Дочь В.Н. Шиловой рожд. Абрикосовой)
 
На теннисном корте замка Небворт.
Николай Александрович, Ирина  и Вера Николаевна Шиловы 
 

Ирина Шилова в парке Замка Небворд
 


Наталья Сергеевна Брасова  с сыном Георгием. Небворт. 1914 год.


Николай Александрович, Ирина Шиловы (оба слева), 
 Наталья Сергеевна Брасова (третья слева), 
"Тата" (Наталья Мамонтова - дочь Н.С. Брасовой от первого брака - вторая справа). 
Вера Николаевна Шилова (крайняя справа).
 
Лондон. 1914 год. 
 Самым важным предметом командировки прадеда была закупка оборудования по образу копии лаборатории Резерфорда, на что были выделены специальные государственные средства; и по-видимому немалые. Сам Резерфорд, разумеется, всемерно способствовал и помогал делать закупки. Оборудование было погружено на транспорт и морем отправлено в Россию. Но не дошло – транспорт был торпедирован немецкими субмаринами и потоплен – началась первая мировая война.

Стали собираться домой. Михаил по дипломатическим каналам испросил разрешение Николая вернуться и защищать Родину. Разрешение было получено и все вместе отправились «северным коридором» через Голландию, Норвегию, Швецию и Финляндию. По морю плыли не на гражданском, но на военном корабле.


Корабль держит курс на континент.
На палубе Ирина Николаевна и Вера Николаевна Шиловы.

И вот однажды, во время обеда в кают-компании приходит весть, что замечены военные корабли, которые приближаются, а под каким флагом – не видно. Тогда Наталья Сергеевна взяла какую-то серебряную посуду и вилкой выцарапала на ней:
   4
  19----14
   VIII

        Подходитъ крейсеръ – неизвъстно какой.

(Дата указана по старому стилю)

Через малое время выяснилось, что это корабли союзников, которые отсалютовали флагами и некоторое время сопровождали. Так что все обошлось, но перенервничали изрядно.
Из Кристиании до Стокгольма добирались на автомобилях, и там произошло еще одно существенное событие. А именно встреча Михаила Романова с королем Швеции Густавом пятым.
К сожалению в дневнике официальных аудиенций короля нет упоминания о такой встрече. Королевский архив любезно откликнулся на мой запрос и прислал копию соответствующей по времени страницы дневника.
 
Возможно из-за того, что Михаил подчас ездил инкогнито (иногда под именем князя Лихтанберийского) его визит не имел ранга официальной аудиенции. Во всех случаях предмет возможной беседы был более чем серьезен. Перед началом войны Швеция подвергалась сильному давлению со стороны Германии по поводу своего нейтралитета. Немцы всячески пытались склонить ее на активное участие, обещая даже Финляндию. Но в конечном итоге (здесь можно предположить, что не без участия Михаила) «великой территории великая нация предпочла величие нейтралитета на своей территории».

Потом было счастливое возвращение в Россию на
автомобилях и поезде.
   

 
По горным дорогам Норвегии.  

 


Остановка для фотографирования.
На возвышении - Михаил Александрович Романов.


Где-то в Норвегии на берегу фиорда. 
Сидит с фотоаппаратом - Михаил Александрович Романов. 
 


В Торнео на границе с Финляндией. На перроне у вагона, спиной стоит Михаил Александрович.

Затем была теплая встреча Михаила царем и всей фамилией, что отмечено в личном дневнике Николая:

Из дневника Николая за 1914 год:

11-го августа. Понедельник.
Отличный летний день. Погулял. Принял Григоровича, Горемыкина и Кривошеина. После прогулки в 4 ч. отправился с Мари и Анастасией на моторе на Елагин к Мама. Пил у нее чай с Ксенией. В это время вошел Миша, вернувшийся вчера ночью из Англии тоже через Норвегию и Швецию на Торнео (Сноской -- город в Финляндии, Улеоборгской губернии, при устье реки Т., на лев. берегу, на границе со Швецией, против шведского г. Гапаранда. Жителей в 1897 г. было 1384, из которых почти 3/4 финны. Небольшая торговля лесными продуктами и семгой. Многие туристы посещают Т. в начале июня, отправляясь на гору Авасакса (в 62 км на С от г. Т.), откуда видно незаходящее солнце. Т. был городом уже в 1621 г. Была медаль «За поход в Швецию через Торнео 1809г.»). Радостно было встретиться! Вернулся в Ц. С. с ним. Он обедал у нас.

 

 

Михаил получил командование сформированной им дивизией, позже названной Дикой. Он не оставлял контактов с Николаем Александровичем и в 1915-16 г.г. специально приезжал к нему на юго-западный фронт для участия в испытаниях химического оружия и русских противогазов, в создании которых самое активное участие принимал Шилов.


Великий князь Михаил Александрович. 
Юго - Западный фронт. 1915 год.
 

 

От копии лаборатории Резерфорда у Шилова осталось только то, что он вез лично – точные копии платиновых тиглей для особо чистых химических реакций. Их он вез в специальном ларчике – сундучке, легко помещавшемся в кармане. 

Конечно, горе потери уникального научного оборудования было не только безмерным, но и обоснованным – кто знает – что бы сделали русские ученые, владей они столь передовой научной базой. Увы, история не терпит сослагательного, а военные нужды ставили насущные задачи, и когда в 1915 году через российского военного атташе в том же Стокгольме стало известно о возможном применении немцами отравляющих веществ на русском фронте, то русское командование было относительно спокойно. К тому времени наша армия уже снабжалась противогазами, разработанными и испытанными Зелинским, Шиловым и другими талантливыми русскими учеными, инженерами, офицерами и солдатами.
В пятидесятые годы XX-го века в Историческом музее в Москве я видел небольшой стенд с первым русским противогазом и запиской, написанной рукой моего прадеда:

"Онъ спасетъ тебе жизнь, Н. Шиловъ."

…Под конец затянувшегося чаепития Наталья Сергеевна достала и презентовала Вере Николаевне небольшой изящный сувенир – серебряную пудреницу, на внутренней стороне крышечки которой оказалась гравированная надпись, воспроизводившая ту, что навсегда осталась на посуде в кают-компании.


(Современное фото)

Пудреница, на которой Наталья Сергеевна воспроизвела свою запись:
4
19 ----14
VIII

Подходитъ крейсеръ -
неизвъстно какой.


Борис Стечкин.
Москва, 2009 год.
_______________
P.S.
В сентябре 2009 года Борис Стечкин послал журнал «Природа» со своей статьёй – воспоминаниями в Замок Небворд.
Вскоре он получил ответ от архивиста Замка с вложенной копией фотографии Великого князя и Натальи Сергеевны во время посещения их в замке Небворд труппой «Русского балета» с участием Федора Шаляпина. (Год не указан).

Ниже приводится  перевод на русский язык текста письма архивиста замка Небворд Клэр Флэк на имя Бориса Стечкина:               


LYTTON ENTERPRISES LIMITED 
Knebworth House, Knebworth,
Hertfordshire, SG36PY
Web Site: www.knebworthhouse.com
 
20 ноября 2009 г.
Г-ну Борису Стечкину,
Губкина 8, Москва 119991
Россия

Дорогой господин Стечкин,

Как приятно получить от Вас письмо снова. Я помню Вашу корреспонденцию, которую я получила по электронной почте в 2006 году и в которой вы прислали нам фото вашей бабушки стоящей в комнате, которая сейчас у нас носит название "Розового сада" замка Небворд Хауз. Я удивляюсь, почему тогда вы не получили мой ответ.

В нашем архиве мы имеем много фотографий периода пребывания в замке Великого князя, которые, как я думаю, передала нам дочь Наташи.

Я вложила в конверт копию фото с изображением Михаила, Наташи, её дочери Таты, секретаря Николая Джонсона, баса Федора Шаляпина и других людей, по-видимому из «Русского балета» (Les Ballets Russes). Я думаю, что ваша бабушка не изображена на этой фотографии.

Наиболее хорошо Романовский период замка Небворд отражен в книге «Михаил и Наталья. Жизнь и любовь последнего царя России». Розмари и Дональд Кроуфорд, 1997. (“Michael & Natasha. The Life and Love of the last Tsar of Russia” Rosemary & Donald Crowford 1997). 

Помимо фотографий, наш архив содержит небольшое количество официальной переписки того периода относительно условий аренды, копию арендного договора и одно рукописное письмо самого Михаила.  

Мне было бы очень интересно познакомиться с другими вашими фотографиями замка Небворд и узнать более подробно о связях ваших предков с Романовыми и с замком Небворд.

С наилучшими пожеланиями,
Клэр Флэк.  
Архивист.


______________________


Андрей Абрикосов, 

администратор сайта.

E-mail: abrikosov-sons
@mail.ru

Июнь 2010 г.
 
Великий князь Михаил Александрович в воспоминаниях Дмитрия Абрикосова и Ирины Ст...
 
 
Rambler's Top100  Рейтинг@Mail.ru
© 2010 ООО Товарищество А. И. Абрикосова Сыновей

Заказ сайтов - создать сайт без выходных на www.limtek.ru;